Неточные совпадения
Я просто-запросто намекнул, что «необыкновенный» человек имеет право… то есть не
официальное право, а сам имеет право разрешить своей совести перешагнуть… через иные препятствия, и единственно в том только случае, если исполнение его идеи (иногда спасительной, может быть, для всего человечества) того потребует.
Ведь это разрешение крови по совести, это… это, по-моему, страшнее, чем бы
официальное разрешение кровь проливать, законное…
По крайней мере при
официальном свидетеле…» Он чуть не усмехнулся этой новой мысли и поворотил в — скую улицу.
Я могу быть и
официальным лицом и при должности, но гражданина и человека я всегда ощутить в себе обязан и дать отчет…
Ему живо представилось, как он объявлен женихом, как на другой, на третий день приедут разные дамы и мужчины, как он вдруг станет предметом любопытства, как дадут
официальный обед, будут пить его здоровье. Потом… потом, по праву и обязанности жениха, он привезет невесте подарок…
Он хотел испугать Захара и испугался сам больше его, когда вникнул в практическую сторону вопроса о свадьбе и увидел, что это, конечно, поэтический, но вместе и практический,
официальный шаг к существенной и серьезной действительности и к ряду строгих обязанностей.
Явился низенький человек, с умеренным брюшком, с белым лицом, румяными щеками и лысиной, которую с затылка, как бахрома, окружали черные густые волосы. Лысина была кругла, чиста и так лоснилась, как будто была выточена из слоновой кости. Лицо гостя отличалось заботливо-внимательным ко всему, на что он ни глядел, выражением, сдержанностью во взгляде, умеренностью в улыбке и скромно-официальным приличием.
Потом потянулась пестрая процессия веселых и печальных подразделений ее: крестин, именин, семейных праздников, заговенья, разговенья, шумных обедов, родственных съездов, приветствий, поздравлений,
официальных слез и улыбок.
А в ожидании этого готовая и созданная ему отцом теория деятельности и жизни, теория взяток и лукавства, миновав главное и достойное ее поприще в провинции, применилась ко всем мелочам его ничтожного существования в Петербурге, вкралась во все его приятельские отношения за недостатком
официальных.
Один круг был служебный,
официальный круг ее мужа, состоявший из его сослуживцев и подчиненных, самым разнообразным и прихотливым образом связанных и разъединенных в общественных условиях.
Ответы все были результатами
официальных данных, донесений губернаторов и архиереев, основанных на донесениях уездных начальников и благочинных, основанных, с своей стороны, на донесениях волостных правлений и приходских священников; и потому все эти ответы были несомненны.
Несмотря на всё это, к концу этого дня все, за исключением княгини, не прощавшей этот поступок Левину, сделались необыкновенно оживлены и веселы, точно дети после наказанья или большие после тяжелого
официального приема, так что вечером про изгнание Васеньки в отсутствие княгини уже говорилось как про давнишнее событие.
Теперь Алексей Александрович намерен был требовать: во-первых, чтобы составлена была новая комиссия, которой поручено бы было исследовать на месте состояние инородцев; во-вторых, если окажется, что положение инородцев действительно таково, каким оно является из имеющихся в руках комитета
официальных данных, то чтобы была назначена еще другая новая ученая комиссия для исследования причин этого безотрадного положения инородцев с точек зрения: а) политической, б) административной, в) экономической, г) этнографической, д) материальной и е) религиозной; в-третьих, чтобы были затребованы от враждебного министерства сведения о тех мерах, которые были в последнее десятилетие приняты этим министерством для предотвращения тех невыгодных условий, в которых ныне находятся инородцы, и в-четвертых, наконец, чтобы было потребовано от министерства объяснение о том, почему оно, как видно из доставленных в комитет сведений за №№ 17015 и 18308, от 5 декабря 1863 года и 7 июня 1864, действовало прямо противоположно смыслу коренного и органического закона, т…, ст. 18, и примечание в статье 36.
Вронский постоянно чувствовал необходимость ни на секунду не ослаблять тона строгой
официальной почтительности, чтобы не быть оскорбленным.
Никогда ни с каким посторонним, ни на каком
официальном визите он не был так ненатурален и фальшив, как он был нынче.
— Вообще это не принято, но — война и ваше
официальное положение… Я думаю — можно. — Он заговорил более оживленно: — Кстати: вы где остановились? Нигде еще — н-да! Чемодан на вокзале? Ага.
— О таких вещах всем не рассказывают, — ответил Гогин, садясь, и ткнул недокуренную папиросу в пепельницу. — Видите ли, — более решительно и строго заговорил он, — я, в некотором роде,
официальное лицо, комитет поручил мне узнать у вас: вы не замечали в ее поведении каких-либо… странностей?
Осмотрев тщательно дворцы, парки, скверы, биржу, заплатив эту дань
официальному любопытству, я уже все остальное время жил по-своему.
Но эти труды касаются прошедшего; подвиги нынешних деятелей так же скромно, без треска и шума, внесутся в реестры
официального хранилища, и долго еще до имен их не дойдет очередь в истории.
Законодательная часть принадлежит так называемому Законодательному совету (Legislative Council), состоящему из пяти
официальных и восьми приватных членов.
Официальные состоят из самого губернатора, потом второго, начальствующего по армии, секретаря колонии, интенданта и казначея.
Для любопытных сообщаются здесь названия всех этих провинций или округов, заимствованные из капских
официальных источников. Кап, Мельмсбери (Melmsbery), Стелленбош, Паарль, Устер (Worcester), Свеллендам, Каледон, Кленвильям, Джордж и Бофорт составляют западную часть, а Альбани, порт Бофорт, Грааф-Рейнет, Соммерсет, Кольсберг, Кредок, Уитенхаг (Uitenhage), порт Елизабет, Альберт и, наконец, Виктория — восточную.
Благодаря настойчивым указаниям живых и печатных гидов я в первые пять-шесть дней успел осмотреть большую часть
официальных зданий, музеев и памятников и, между прочим, национальную картинную галерею, которая величиною будет с прихожую нашего Эрмитажа.
Здесь предлагается несколько исторических, статистических и других сведений о Капской колонии, извлеченных частью из
официальных колониальных источников, частью из прекрасной немецкой статьи «Das Cap der Guten Hoffnung», помещенной в 4-м томе «Gegenwart», энциклопедического описания новейшей истории. Эта статья составляет систематическое и подробное описание колонии в историческом, естественном и других отношениях.
Старик заговорил опять такое же форменное приветствие командиру судна; но эти
официальные выражения чувств, очень хорошие в устах Овосавы, как-то не шли к нему.
Смысл этих таинственных речей был, кажется, тот, что все количество заготовляемых на фабрике сигар быстро расходится
официальным путем по купеческим конторам, оптом, и в магазин почти не поступает; что туземцы курят чируты, и потому трудно достать готовые сигары высших сортов.
Сорокин повесил их, конечно, не из хвастовства, а больше по обычаю русского простого человека вешать на стену всякую
официальную бумагу, до паспорта включительно.
Вскоре настоятель воротился и принес только что присланное к нему
официальное объявление от губернатора, что испанская королева разрешилась от бремени дочерью.
Присутственные места запустели; недоимок накопилось такое множество, что местный казначей, заглянув в казенный ящик, разинул рот, да так на всю жизнь с разинутым ртом и остался; квартальные отбились от рук и нагло бездействовали:
официальные дни исчезли.
И вот, однако ж, никто из
официальных лиц их не встречает.
В мистической жажде хлыстов есть своя правда, указывающая на неутоленность
официальной церковной религией.
Образовалось казенно-официальное славянофильство, для которого славянская идея и славянская политика превратились в риторическую терминологию и которому никто уже не верит ни в России, ни за границей.
Но всякая попытка осуществления славянофильской идейной программы обнаруживала или ее утопичность и нежизненность, или ее совпадение с
официальной политикой власти.
Славянофильство оказывается нисколько не лучше западничества, оно — так же отвлеченно, литературно, идеологично, оторвано от подлинной жизни, которая есть Россия «
официальная».
В своем рабьем и бабьем млении перед силой государственности, импонирующей своей далекостью и чуждостью, Розанов доходит до того, что прославляет
официальную правительственную власть за ее гонения против славянофилов.
Законнический,
официальный, внешне навязанный национализм только стесняет национальное призвание и отрицает иррациональную тайну национального бытия.
«Славянофильство умерло, потому что оно оказалось не нужным и напрасным, только мешающим в параллельной мысли тому „
официальному правительству“, котороеодно и могло сделать…
Россия же
официальная тщательно отталкивает от себя и хочет вытравить эту любовь и это притяжение.
А это значит, что русская мысль и русская жизнь должны быть радикально освобождены от мертвенных и мертвящих сторон славянофильства, не только
официального, но и народного.
Истинным выразителем России и русского народа было
официальное правительство, которому славянофилы осмеливались оказывать оппозицию.
Силу имел лишь казенный
официальный национализм, и он не нуждался в подозрительных услугах славянофилов, не нуждался ни в каких идеологиях.
Славянофильство воскреснет лишь под тем условием, что оно покается перед
официальным правительством и пойдет за ним.
Сам он лишен серьезного нравственного характера, и все, что он пишет о серьезности
официальной власти, остается для него безответственной игрой и забавой литературы.
У наших националистов
официальной марки, как старой формации, так и новейшей западной формации, уж во всяком случае меньше русского мессианского духа, чем у иных сектантов или иных анархистов, людей темных по своему сознанию, но истинно русских по своей стихии.
Он отдает решительное предпочтение России
официальной и государственной перед Россией народной и общественной, и славянофильству
официальному перед славянофильством общественным.
Он распечатал конверт и, увидав письмо Селенина вместе с какой-то
официальной бумагой, почувствовал, что кровь бросилась ему в лицо, и сердце сжалось.
Как человек серьезный и честный, он не скрывал этой своей свободы от суеверий
официальной религии во время первой молодости, студенчества и сближения с Нехлюдовым.
Это — негласное, существовавшее все-таки с ведома полиции, но без
официального разрешения, общество маклаков, являющихся на аукцион и сбивавших цены, чтобы купить даром ценные вещи, что и ухитрялись делать.
Официальная часть торжества кончилась.
Ровно в полдень, в назначенный час открытия, двери магазина отворились, и у входа появился громадный швейцар. Начали съезжаться гости, сверкая орденами и лентами, военное начальство, штатские генералы в белых штанах и плюмажных треуголках, духовенство в дорогих лиловых рясах. Все явились сюда с какого-то
официального богослужения в Успенском соборе. Некоторые, впрочем, заезжали домой и успели переодеться. Елисеев ловко воспользовался торжественным днем.
Послушав венгерский хор в трактире «Крым» на Трубной площади, где встретил шулеров — постоянных посетителей скачек — и кой-кого из знакомых купцов, я пошел по грачевским притонам, не
официальным, с красными фонарями, а по тем, которые ютятся в подвалах на темных, грязных дворах и в промозглых «фатерах» «Колосовки», или «Безымянки», как ее еще иногда называли.